Администрация Октябрьского района г. Могилева

Версия для слабовидящих

Партбилет под иконой Николая Чудотворца Печать E-mail
22.03.2021 г.

В сентябре 1944 г. секретарь Могилевского обкома партии Макаров вручал новенький партийный билет Николаю Нестерову, боровшемуся в годы оккупации с немецко-фашистскими захватчиками на территории Краснопольщины. Довоенный партбилет был значительно поврежден в первые дни войны, когда техник-интендант 2-го ранга  начфин батальона связи 161 стрелковой дивизии, сформированной в 1940 г. в Могилеве, Николай Нестеров попал под вражеский обстрел. Осколки пробили красную книжицу в четырех местах, на белых страницах расползлись бесформенными кляксами  пятна крови.  Коммунист  спрятал свой партбилет в родительском доме под… иконой Николая Чудотворца. Логически рассудив, что немцы не станут заглядывать под нее. Об этом эпизоде Николай Константинович коротко рассказал Макарову. Тот рассмеялся в ответ и пошутил: «Да, Чудотворец чудо совершил».

Раненого повезли домой

Чудом стало спасение жизни техника-интенданта. По воспоминаниям бывшего начальника связи 161-й стрелковой дивизии С.П.Максимкина, запечатленным им в мемуарах «Рожденная на земле белорусской», экземпляр которых хранится в фондах Могилевского областного краеведческого музея им. Е.Романова, 12 июля 1941 г. батальон связи, отрезанный врагом от остальных частей дивизии, продвигался по шоссе Могилев-Орша в направлении д. Яковлевичи, с намерением  выйти к г. Рославлю. Впереди колонны ехал в легковом автомобиле капитан К. М. Снитько, сидевший рядом с шофером. На заднем сидении находился Нестеров.  Внезапно перед легковушкой разорвался снаряд…Противник начал артминометный обстрел батальона: в результате сгорели и подорвались легковая машина и восемь грузовиков с оборудованием си вооружением связистов. Капитан и водитель легковушки погибли на месте. Нестерова взрывной волной в бессознательном состоянии выбросило в кювет. Когда бойцы подобрали начфина, то он оказался контуженным, с перебитыми осколками руками и ногами. Один глаз вытек… Пока человек жив, то остается надежда на его спасение. Автор мемуаров Максимкин приказал  трем связистам отнести раненого в более безопасное место, а затем—отвезти на подводе с лошадью в райбольницу в Горки. Может, и уберег от гибели Николая  его небесный покровитель Чудотворец,  ведь те события происходили в родных местах Нестерова. 

Путь в Горки пролегал через д.Клин, где проживали сестры раненого. Мария и Дарья вначале не признали брата, но именно они вызвались напоить пострадавшего. Когда женщины приподняли бедолагу, то он, придя в сознание, узнал родные голоса. «Маня, Даша,--прошептал с трудом  мученик.—Я—Микола, брат…» Женщины закричали от ужаса, заплакали как на поминках. Радовались, что брат живой, но и огорчались, что пребывал в таком ужасном состоянии. В д. Мослаки, расположенной вблизи райцентра, фельдшер Жуков, оказав пострадавшему первую медицинскую помощь, посоветовал бойцам везти раненого в родную деревню Аниковичи, где проживала его мать. В Горках уже хозяйничали немцы.

В отличие от дочерей мать при виде одноглазого и покалеченного сына не плакала. Она обрадовалась, что он – живой. Старушка целовала своего мальчика в лицо, ручки-ножки и приговаривала: «Вылечим, сынок. Будешь здоровым».

Дорога к жене

 В доме матери Нестеров лечился до сентября 1941 года. А в конце августа по знакомому адресу зашел бывший начальник боепитания батальона связи, вышедший из окружения и направлявшийся от Смоленска к Могилеву, Владимир Соцоровский. Зашел сообщить матери, что ее сын погиб. В доме увидел живого Николая: «Как ты уцелел?—удивлялся чуду однополчанин.—Машина была охвачена огнем». Несколько окрепший Нестеров  с последствиями 16 ранений отправился с Владимиром в Могилев, чтобы найти подпольщиков и получить от них указания для дальнейших действий. В город добирались на телеге с односельчанами. В Могилеве приятели зашли в дом, где Соцоровский  ранее жил. До войны  здание, принадлежавшее военному ведомству, было заселено командным составом. Там они встретили лейтенанта Семенова из 477 стрелкового полка 161 стрелковой дивизии, который сказал, что работает в подпольной партийной организации, и дал им рекомендации по дальнейшей деятельности.

Нестеров и Соцоровский решили продолжить путь по ранее намеченному маршруту—в д.Лютня Краснопольского района, чтобы разыскать своих жен. До конечной цели им предстояло пройти 90 км. При том, что в ноге Николая застрял осколок. На 50-ом километре  вблизи д. Горбовичи по  дороге на Могилев передвигалась немецкая воинская часть. Ходоки сошли с дороги метров на пять и присели на обочине. Их вид был жалок: небритые, грязные, в порванной одежде. Владимир прикладывал к ране на ноге подорожник, а одноглазый Николай дергался в конвульсиях.

--Вот и приближается к нам смерть, -- сказал Владимир, когда напротив них остановилась санитарная машина, из которой вышли немецкие офицер и солдат.

Офицер, очевидно врач, перевязал рану Соцоровскому,  осмотрел глаз Нестерову, достал флакон и закапал в глазницу, приказав солдату перевязать раны Николая на руке и ноге. Дал путникам в запас стерилизованные бинты и вату, написал им сопроводительную записку, которую они предъявляли   при дальнейших встречах с немцами в пути следования. Что-то спросил  по-немецки у товарищей, они не поняли и наугад ответили : «Домой, домой идем» Офицер покачал головой, сел с солдатом в машину. Немцы уехали.  …Восемнадцать суток Николай и Владимир шли пешком. Последние три километра давались им наиболее тяжело: мужчин  едва не ползли. Когда в д.Лютня  они вошли в дом Ковальковых, родителей жены Нестерова, там Николай сразу увидел и обнял свою любимую. Владимир узнал, что его супруга эвакуировалась вглубь страны, он расстроился. После бани и отдыха у родственников напарника Соцоровский ушел в направлении линии фронта. Больше Нестерову не довелось встретиться с ним. 

Начальника подполья трижды арестовывали

В Краснополье Нестеров работал специалистом на местном молокозаводе. Поэтому знал многих людей и бывал в разных деревнях. Вскоре Николай Константинович установил связь с дедом Степаном. Так называли партизанским псевдонимом  Семена Корзюкова за то, что носил длинную бороду. Даже в  песне партизаны пели: 

Парень я молодой,
Не беда, что с бородой,
Я не беспокоюся,
Пусть растет до пояса.
Вот когда прогоним фрицев—
Будет время, будем бриться.

На состоявшемся организационном собрании комитета подпольной организации д.Лютня Краснопольского района  выступил Нестеров, рассказавший, что в Могилеве встречался с начальником штаба 477 стрелкового пока Давыдовым, который №от имени  народной организации и призыва Сталина дал указание по организации партизанского отряда и подпольной  работы. Начальником Лютнянской подпольной организации, в  сёостав которой вошла и жена Нестерова Анна, избрали Николая Константиновича, командиром партизанского отряда—Степана Вечеркова.

По совету деда Степана Нестеров устроился опять работать на молокозавод молокосборщиком. Ему выделили лошадь с упряжкой и предоставили право ездить по деревням для сбора молока. Вот Николай и ездил, собирая сведения о перемещении немецких частей, об их вооружении и осуществлял связь с партизанами.  В семье родственников жены Ковальковых с подпольем сотрудничали все. Мать жены Нестерова Анна Дмитриевна приносила листовки, сводки Совинформбюро и передавала зятю указания Корзюкова. Он в свою очередь через нее сообщал деду Степану оперативные данные—о наличии немцев в районе, их передвижении и вооружении. На их основе отряд проводил удачные операции, например, в направлении дороги Чериков-Краснополье, в деревнях—Пильня, Кожемякино, Бордич, Нерадовка и др. Позже, опять по предложению Корзюкова, Нестеров устроился работать в карточное бюро на выдачу хлебных карточек, где собирал точные сведения о карательных отрядах и даже копировал списки карателей. Оккупанты трижды арестовывали отважного подпольщика. Дважды выпускали из=за отсутствия доказательств его деятельности. В третий раз после одновременного ареста с Иваном Внаровским, Константином Ковальковым и Петром Зайцевым били патриотов до потери сознания. В течение 18 суток применяли к ним пытки. Но никто ни в чем не признался. Руководство отряда применило хитрость: подбросило письмо начальнику карательного отряда Ивану Затуранову. В нем было написано о связи начальника полиции Леонида Репнева с партизанами. О том, что он издевается над невинными людьми, чтобы отвести подозрение от себя. Письмо казалось столь убедительным, что Затуранов освободил арестованных, а Репнева посадил в тюрьму.

Благодаря Нестерову, узнавшему о том, что через несколько дней из Краснополья будет выезжать немецкая часть и в каком направлении, состоялась крупная партизанская диверсия. Отряд Вечеркова заминировал дорогу возле д. Бардич и встретил врага огнем. Здесь в мирное время  находится  Курган Славы. Сведения партизанскому командиру от Николая передавала одиннадцатилетняя сестра его жены Зина. Вся семья Ковальковых работала на партизан—теща, ее дочери Зина и Дуся, сын Костя. Зина давала пионерскую клятву о том, что все порученное ей будет держать в строжайшей тайне. До освобождения Краснопольщины в октябре 1943 г. от немецко-фашистских захватчиков Зина являлась партизанской связной. Николая Нестерова после освобождения согласно решению райкома партии назначили заведующим райфинотделом. Позже персональный пенсионер Нестеров, отец шестерых детей, проживал в Витебске.

P. S. Автор благодарит за оказанную помощь в подготовке статьи заведующую экспозиционно-выставочным отделом Могилевского областного краеведческого музея им. Е.Романова Александру Буракову.

Последнее обновление ( 22.03.2021 г. )
 
« Пред.   След. »

Сайт Президента Республики Беларусь Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь Национальный центр правовой информации Единый портал электронных услуг МНИС Могилевский межрайонный отдел Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь Единый государственный регистр Могилевский городской исполнительный комитет Могилёвский областной исполнительный комитет

© 2012-2021 Администрация Октябрьского района г. Могилева.
Разработка и поддержка: Государственное предприятие «МОЦИС», г. Могилев